Экспромт-рассказ о том. что действительно было и забыть    
                        НЕВОЗМОЖНО!

Деревня Черновка прожила сто лет. И как прожила!

В 1878 году моя бабушка в восьмилетнем возрасте  добралась из Ефремовского уезда Тульской губернии в бескрайние оренбургские степи с родным дядей (родители погибли в несчастном случае), чтобы освоить степь    по реформе Столыпина и остаться там жить. С ними приехали семьи Кривенцевы, Потаповы, Губановы. Всего 14 человек-все взрослые и одна левочка-сирота. Как пережить первую зиму в степи, где только ковыль поёт на тридцать километров в округе!  Выручил Скорняков Андрей, отставной офицер оренбургского казачьего войска, ему принадлежала эта земля за верную службу царю и Отечеству. Он дал  землекопные инструменты и мужчины вырыли большую яму, она цела до сих пор, во времена колхоза в этой яме готовили силос для скотины. А новосёлы все четырнадцать человек первую зиму пережили все в этой яме. Как? Нам представить даже трудно, но это было и забыть об этом разве можно?  Потом приехали Сусловы из Тамбовской губернии несколько семей. Так родилась деревня Черновка.

Что видела  и что   пережила маленькая  (60 саманных домиков) эта деревня   вместе с Родиной,  Россией! Все мужчины воевали в первую мировую, японскую, гражданскую, многие умерли в голодные 22-ой и  33-й годы и от свирепствовавшего тогда тифа, создали колхоз «Ударник», который два раза представлял скаковых коней на сельхозвыставку в Москве и грянула Великая Отечественная. Кто остался в деревне?   Немногие молодые женщины ( некоторые ушли добровольцами на фронт), старики –инвалиды с Первой мировой и гражданской  и мы, дети, дети военного времени, ныне забытые властью.                        

В войну я был сын колхоза,  жил прямо в правлении  с бабушкой, помню почти каждый военный день и каждого черновского, потому что   вызывал в правление по требованию председательницы  (участницы войны, вернувшейся по контузии с фронта) за 4 года каждого и не раз. Все дети учились и работали в колхозе:  этого требовала обстановка. Кончилась война, но жить не стало легче: голодные 46 и 47 годы не забыть –было очень трудно- поели всю просянку (траву), сусликов, кислятку, щавель. Как выжили?-знает только Бог! Но вот 1948 год, мне 14 лет, картошки уродилось столько, что мы не знали, где её хранить.     

Осенью я поехал в Оренбург, тогда Чкалов, чтобы         поступить  в техникум после семи классов. Уезжая, перед домом посадил клён. который быстро начал  расти и стал моим другом, потому что ровесников моих в Черновке не осталось: шестеро погибли в войну по разным причинам, остальных  завербовали в фабрично-заводские училища. Так как я поступил в техникум механизации сельского хозяйства, меня по окончании ждали механиком в колхозе.   Жили в основном на одной картошке, бабушка из неё делала  оладьи,  блинчики,  лапшу,  чудесные деревенские щи.  Это целое искусство, родившееся за всю жизнь. В 1949 году бабушка умерла  и я решил, что меня в деревне никто не ждёт, поэтому поступил в военное училище, прослужил 31 календарный год, теперь уже 34 года на пенсии и вот поехал в оренбургский край, увидеть родную Черновку. Кто меня там ждёт? Конечно, МОЙ КЛЁН, в первую очередь, а когда я подошёл нему, он старый, кряжистый, листьями стал мне шептать так много, мне стало стыдно перед ним, что оставил родную землю, а оправдаться как?! Деревни Черновки нету, осталась журчать родниковой водой речка Казачка,   старые деревья узнавали меня, о чём то шептались, глядя на 84 летнего  пенсионера. Клён сказал, что я правильно поступил, что у меня не было       других вариантов, чтобы выжить.

Постоял у ямы, где моя бабушка зимовала в 1878 году, пошёл в соседнее село Кариновку , там мы учились в 5-6-7 классах, пешком ходили каждый учебный день по 3,5 километра в одну сторону в любую погоду.

Там живёт моя  племянница Тамара, дочь двоюродного брата Панова Сашки, как мы его звали. Как она живёт? Вот это отдельный очень интересный разговор.  Тамара живёт одна уже несколько лет в доме отца, дети и внуки уехали в город Оренбург, потому что в селе ни работать, ни учиться нет возможности - в селе нынче каждый выживает сам, как умеет и как сможет. 

Как смогла Тамара? У неё подопечные около 600 кур с породистым петухом, четыре поросёнка, две  собаки разного возраста, четыре кошки разного возраста.  Все они живут так дружно, как люди за свою историю никогда не жили.  Тамара у них действительно царица, только  она выйдет на улицу, все бросаются к её ногам, обнимают, лижут, прижимаются,  любят так, как люди не умеют любить. Да и друг друга любят бесконечно. Самый маленький котёнок, выйдя на улицу, сразу попадает  в объятия  собак, они его обнимают, лижут, играют с ним, как с самым родным ребёнком. Если курица зайдёт в конуру к собаке, то собака тоненьким лаем просит её выйти, но не трогает. Такой любовной идиллии я не встречал в жизни .

Бернард Шоу сказал:
- Люди научились летать, как птицы, люди научились плавать, как  рыбы.  Вот если бы  люди научились жить  по человечески… Тысячелетиями  нас ПРИРОДА учит этому.

  • Комментарии не найдены